Детские воспоминания самые яркие в жизни любого человека и, подчас, всего одно событие может стать определяющим в нашей судьбе. С одного из таких воспоминаний мы и начнем сегодня наши размышления о джазе.
Мое знакомство с джазом началось, когда мне было лет 7-8. Я помню это так: зимнее январское утро, я иду на кухню, где Мама разогревает бешбармак. Я вошла в кухню, она вся залита утренним солнцем, из стоящего на холодильнике радиоприемника звучит Казахское радио. Кажется, транслировалась какая-то программа о народной музыке. И вот, от запаха еды меня вдруг отвлекала мелодия. Я тогда действительно была еще мала и едва дотягивалась до холодильника, но я привстала на цыпочки и сделала громче. Музыка была старинная, это слышалось сразу, но звучала она так весело, радостно, я бы сказала эта музыка «улыбалась», но при этом была она очень замысловато-мелодичной и завораживающей, так, что ее хотелось слушать еще и еще. Конечно же, тогда я не знала ни названия этой музыки, ни то, что она «замысловато-мелодичная», я знала одно: эта музыка мне просто нравилась и заставляла меня улыбаться и при этом пританцовывать у радиоприемника. Лишь много позже я узнала, что это была «In the Moods» («В хорошем настроении») Гленна Миллера из музыкального фильма 30-х годов «Серенада Солнечной долины». И вот все вместе: залитая солнцем кухня, густой запах бешбармака и не менее солнечная музыка Гленна Миллера заронили в мое сердце первые зерна любви к джазу.
Второе мое воспоминание относится к периоду середины 90-х. Кто-то из родных купил кассету-сборник «100% Джазовые Хиты», но почему-то включалась она в основном во время уборки дома. И вот, я вовсю намываю полы, а из магнитофона звучит «Hello, Dolly!» Луи Армстронга, затем «Georgia» Рэя Чарльза и «Sumertime» в исполнении Эллы Фицджеральд. Честно признаюсь, что обычно мне было не особо по нраву мытье пола, но как только я слышала первые звуки с этой кассеты, у меня сразу же поднималось настроение, и нудная обязанность превращалась в стопроцентное удовольствие.

Ну, наверное, достаточно личных воспоминаний, самое время перейти к самому джазу.

Истоки или осел, который музыкально ржал

На обширной территории Америки властвовали французы и эту область в честь короля Франции Людовика называли Луизиана. Французы были рабовладельцами и католиками. Они не беспокоились по поводу душ рабов, считая последних не совсем людьми, поэтому ничего им не навязывали, т.е. внутренний мир рабов был предоставлен им самим. Между тем, рабы не были выходцами из какой-то одной области Африки, поэтому в Америке происходило смешение культур порабощенных африканских племен. Рабы же взяли европейские инструменты и приспособили их под себя, т.е. в меньшей степени они следовали музыкальным канонам. Поэтому джаз уже изначально был музыкой живой по своей сути, не признающих правил и всегда разной.

Джаз зародился в Новом Орлеане, при этом точного происхождения слова «Jazz» не знает никто, хотя многие филологи утверждают, что оно происходит от французского глагола «jaser», что переводится, как «ослиное ржание». Мы не знаем так ли это, но тот осел, который своим ржанием дал название такой удивительной музыке, издавал, понятное дело, необыкновенно музыкальные звуки.

Пульсирующая музыка

Джаз музыка – непростая, т.к. требует от вас и ума и сердца. Джаз – музыка чуть нахальная, абсолютно радостная и оптимистическая, смеющаяся, ироническая.

Она немногих людей может оставить равнодушными, ведь у нее столько ликов, что почти в каждый момент человеческого бытия, будь то радость или печаль, эта музыка удивительно точно резонирует с вашей душой, всякий раз заставляя ноги пускаться в пляс или же качаться на волнах светлой грусти, которая как-бы обещает Вам, что «все еще будет».

Понять природу джаза было всегда нелегко. Джаз любит окутывать себя тайной. Когда Луи Армстронга спросили, что такое джаз, говорят, он ответил так: «Если вы спрашиваете, то вам этого никогда не понять». Утверждают, что Фэтс Уоллер в подобной же ситуации сказал: «Раз вы сами не знаете, то лучше не путайтесь под ногами». Если даже допустить, что эти истории выдуманы, в них, несомненно, отражено общее мнение о джазе музыкантов и любителей: в основе этой музыки лежит нечто такое, что можно почувствовать, но нельзя объяснить. Всегда считалось, что самое загадочное в джазе — это особая метрическая пульсация, обычно именуемая «свингом». Свинг (swing) в переводе с английского означает «качание». Термин имеет два значения. Во-первых, это выразительное средство в джазе. Характерный тип пульсации, основанной на постоянных отклонениях ритма от опорных долей. Благодаря этому создается впечатление большой внутренней энергии, находящейся в состоянии неустойчивого равновесия. Во-вторых, стиль оркестрового джаза, сложившийся на рубеже 1920–30-х годов в результате синтеза негритянских и европейских стилевых форм джазовой музыки.

Джаз, как правило ассоциируется с тем, что было после эры свинга и поэтому кажется сложным, непонятным, чужим. В то же время в целом джаз – это история о жизни, рассказанная разными красками – с юмором, с иронией, с нежностью, с меланхолией, с драйвом…

Самыми яркими представителями этого течения были Бенни Гудмен («Sing, sing, sing»), Гленн Миллер («Серенада Солнечной Долины»), Дюк Элингтон. Наряду с ними адептами мелодичного, без рванного ритма, джаза были Рэй Чарльз («Hit the road Jack» - «Иди своей дорогой Джек», «Georgia»), Дорис Дэй, Нина Симон, Сара Вон («Misty»), Генри Манчини («Розовая Пантера»), Фрэнк Синатра, Нэт Кинг Коул («Unforgettable»).

Между тем, насколько велики были таланты корифеев джаза, настолько велики были и их пороки. Так, например, Рэй Чарльз, став знаменитым, увлекся морфином, а величайшая певица Итта Джеймс, которая так пронзительно спела о наконец-то пришедшей в ее жизнь любви («At last, my love has come along…») долгое время боролась с наркотической зависимостью.

Джаз в кинематографе

С того момента, как кино обрело звук, очень важной его составляющей стала музыка. В силу того, что в 30-60 годы джаз победоносно шагал по планете, он также победоносно вошел в мир кинематографа. Вы могли бы представить себе, чтобы в фильмах о Джеймсе Бонде звучала какая-либо иная музыка, нежели та, что как бы стала визитной карточкой фильмов о суперагенте «007», музыка, узнаваемая с первых нот. Надо сделать оговорку, что 90-е годы все же добавили свою долю электронной «пластмассовости» к звучанию музыки из Бондианы, но настал 2012 год и вот уже современная джазовая певица Адель, как-будто шагнувшая к нам из 50-х годов, с завораживающим гипнотизмом, до мурашек пробирающе, исполнила лейтмотив новой Бондианы.
Другим примером ярчайшей джазовой традиции в кино может служить мультфильм «Том и Джерри». Более заводной факстротно-свинговой музыки Вам вряд ли приходилось слышать. Только вспомните, какая яркая музыка звучала, когда Том лихо выходил позагорать в гамаке или когда к нему наведывались его друзья уличные коты, чтобы закатить вечеринку. Думаю, многие из этих эпизодов Вы видели, а потому так или иначе слышали ту самую, не дающую усидеть на месте, музыку.

Также можно отметить мультсериал и фильм «Розовая Пантера», ключевая мелодия, из которого, узнается с первых нот. Автор мелодии Генри Манчини, увековечил свинг в кинематографе.

Сущность джаза

Если говорить кратко, то сущность джаза в ритме и импровизации.

Ритм – это главный организующий элемент в джазовой музыке. Однако его очень трудно анализировать, а разнообразные проявления ритма (как, например, свинг) едва ли поддаются анализу вообще. Его можно только почувствовать. Иначе как можно объяснить такой факт, почему хорошие ударники, проводя постоянный, регулярный бит, создают у слушателя ощущение непрерывного ускорения, напора, движения вперед (драйв)?

Если же говорить об импровизации то, основная звуковая окраска джаза произошла от необычной техники игры на всех инструментах из-за того, что многие пионеры джаза были музыкантами-самоучками, одаренными самородками. Им удалось избежать условностей европейской художественной музыки, требований правильного использования своего инструмента или голоса. Стандартные европейские каноны требовали чистого и точного инструментального тона, а звучание голоса должно было более точно напоминать звучание того или иного инструмента. Проще всего объяснить происхождение джазового тона тем, что джазмен автоматически и спонтанно избирал совершенно противоположный путь. Инструмент джазового музыканта, насколько возможно, служил как бы продолжением его голоса.
Главное, что делает джаз с человеком, – он меняет ощущение времени и, благодаря этому, ощущение собственного «я». Жизнь становится восхитительно неопределенной, Если прислушаться к словам самих музыкантов, то они также на все лады твердят об этой метаморфозе ощущения времени и погружении в настоящее мгновение. «Я никогда не чувствую дважды одно и то же, – как выразился выдающийся музыкант ранней эпохи джаза, корнетист Бикс Байдербек. – Это одна из вещей, за которые я люблю джаз. Я не знаю, что будет в следующий момент».

Джаз не знает нерушимых форм, правил, никакого другого авторитета, кроме спонтанности, кроме музыки, которая звучит сейчас.

Такие высказывания можно множить и дальше. Словом, джаз меняет ощущение жизни, такова его суть.

Вместо заключения

Мы не знаем, озадачивался ли кто-нибудь попыткой определить, что дал джаз миру за первые сто лет своего существования, но, нам думается, нет никакого преувеличения в словах немецкого музыкального критика и исследователя джаза Йоахима-Эрнста Берендта: «Без джаза не было бы современной танцевальной и популярной музыки. Все звуки, которыми мы окружены в нашей повседневной жизни были бы другими…»

Более того, нам кажется, это суждение можно расширить. Другими были бы не только звуки повседневной жизни, но и пластика человеческого тела и даже стиль общения. Впрочем, отслеживать эти более или менее очевидные влияния джаза на жизнь современного человека – дело историков. Но никакого сомнения в том, что джаз – самый ценный вклад американской культуры в культуру мировую.

Когда появилось телевидение, многие пришли к мнению, что скоро люди перестанут ходить в кинотеатры, ибо отныне кинотеатр был у каждого дома. Более шестидесяти лет уже прошло с той поры, а кинотеатры по-прежнему популярны.

Когда появился клавишный синтезатор многие опрометчиво и самонадеянно заявили, что нет больше нужды в живых оркестрах, ведь теперь целый оркестр могли заменить электронные клавиши. К счастью прогнозы эти не сбылись и мы до сих пор имеем возможность наслаждаться концертами и аранжировками живых оркестров.

Сегодня кто-то вновь скажет, что джаз изжил себя, что новое время, эпоха оптоволоконных сетей и 4G уменьшила в людях потребность в джазе. Нам этот вопрос видится иначе. Джаз меняется вместе с людьми и у него всегда будет свой слушатель, ибо даже годы спустя остается неизменной его суть: волновать душу, вторить ее вибрациям, питать любовь, дарить надежду, дарить мечту, дарить восторг и полноту жизни, менять ощущение жизни, менять саму жизнь… когда тебе 8 лет и в залитой солнцем кухне льется солнечная музыка… и густо пахнет бешбармаком.

Приятного аппетита, уважаемые любители джаза!

Руфина ТОРПИЩЕВА

«Білік» № 7 (168), 2014 жыл, 30 маусым